Шапиро Адольф Яковлевич

Адольф Яковлевич Шапиро

Дата рождения 4 июля 1939 (80 лет)
Место рождения ХарьковУкраинская ССРСССР
Гражданство  СССР →  Россия
Профессия
театральный режиссёр, педагог, драматург
Годы активности с 1962 года
Театр Рижский Молодёжный театр;
Государственный ТЮЗ Латвийской ССР имени Ленинского комсомола
Награды
Орден Дружбы — 2011 Командор ордена Трёх звёзд Кавалер ордена Креста земли Марии 3 класса
Zasluzonnyj Dejatel Iskusstv RF.jpg

Адольф Яковлевич Шапиро (род. 4 июля 1939ХарьковУкраинская ССР) — советский, латвийский[1] и российский режиссёр, театральный педагог, драматург, профессор. Народный артист Латвийской ССР (1986), Заслуженный деятель искусств Российской Федерации (2019). Лауреат Государственной премии Латвийской ССР.

Биография

Адольф Шапиро окончил режиссёрский факультет Харьковского театрального института, затем продолжил обучение в Москве в высшей режиссёрской лаборатории М. Кнебель.[2]

С 1962 по 1992 год работал в Латвии, где возглавлял Государственный театр юного зрителя Латвийской ССР имени Ленинского комсомола (ТЮЗ).[3] Среди самых значительных работ А. Шапиро: «Иванов» и «Леший» А. Чехова, «Город на заре» А. Арбузова, «Лес» А. Островского, «Золотой конь» Я. Райниса, «Пер Гюнт» Г. Ибсена, «Принц Гомбургский» Г. Клейста, «Страх и отчаяние в Третьей империи» Б. Брехта, «А завтра была война» Б. Васильева, «Демократия» И. Бродского и другие спектакли.

Этот театр, имеющий два здания и две труппы (русскую и латышскую), имел уникальную организационную структуру и был широко известен как у себя в стране, так и за рубежом. Он был дипломантом многочисленных международных фестивалей, специально для него писали пьесы крупные российские драматурги.[3]

В Риме на европейском Фестивале «Театр на экране» получил Гран-при и Золотую медаль за «Изобретение вальса» по В. Набокову.

Адольф Шапиро преподавал в рижской Консерватории, где выпустил три актёрских курса и один режиссёрский.

В 1990 году был избран Всемирным Президентом Международной Ассоциации театров для детей и молодёжи (АССИТЕЖ), с 1994 г. является Президентом Российского Центра АССИТЕЖ.[4]

С 1993 года Адольф Шапиро работает как независимый режиссёр и театральный педагог.

Преподавал и вёл мастер-классы в (во):

  • США — Гарвардский Университет, Карнеги-Меллон Университет, Индианапольский Университет, Чикагский Университет[3]
  • Германии — Берлин, Бад-Пермонт, Мюнхен, Баварский Национальный Театр[2]
  • Польше — театр «Охота»
  • Израиле — театр «Гешер», театр «Идишпиль»
  • Франции — Национальная Высшая Школа Искусств и Техники Театра ENSATT (Лион)
  • Италии — Bi-annual Festival METHODIKA[3]
  • Бразилии — театральная компания «FunArte»

Много работает в Эстонии.[4] В 2003 году избран почётным Доктором Департамента исполнительских искусств Таллиннской театральной Академии и Колледжа искусств г. Вильянди.

В 2007 году был назначен руководителем художественных проектов Театра юных зрителей им. А. А. Брянцева.

В 2011 году избран почётным Доктором Шанхайской театральной Академии.

Является автором пьес, идущих в России и за рубежом и книг «Антр-Акт», «Как закрывался занавес» (премия журнала «Дружба народов» за лучшую публикацию года).

В связи с 70-летием получил поздравление от Президента России.[5]

Звания и награды

Спектакли

Рига

На латышском языке:

Москва

Московский Художественный театр имени А. П. Чехова

  • 1988 — «Кабала святош» М. Булгакова
  • 2004 — «Вишнёвый сад» А. П. Чехова [9][10]
  • 2010 — «Обрыв» И. Гончарова;[3] спектакль — номинант национальной театральной премии «Золотая маска». «Золотая маска» за лучшее исполнение женской роли — О. Яковлева (Бабушка)
  • 2015 — «Мефисто» по мотивам романа Клауса Манна «Мефистофель»

Государственный академический театр имени Е. Вахтангова

Российский академический молодёжный театр

  • «Принцесса Греза» Э. Ростана
  • 2011 — «Rock`n`roll» Т. Стоппарда

Московский театр «Et Cetera»

Большой театр России

Другие театры

Самара

Санкт-Петербург

Таллин

Постановки за рубежом

  • Венесуэла — «Ревизор», Н. Гоголь
  • Никарагуа — «Вишнёвый сад», А.Чехов[2]
  • США — «Три сестры», А. Чехов
  • Польша — «Датская история» по мотивам Г. Х. Андерсена
  • Израиль — «Трёхгрошовая опера», Б.Брехт, «Последняя любовь», И. Б. Зингер
  • Франция — «Работа актёра над собой», К.Станиславский, «Это так, если вам так кажется», Л.Пиранделло
  • Бразилия — «Пространство Чехова»
  • Греция — «Роза», М. Шерман

 

 

 

 

«К цензуре мы выработали иммунитет»

Режиссер Адольф Шапиро — о сути конформизма, пожизненных постах и препарировании лягушек

Прославленный театральный режиссер Адольф Шапиро считает, что упустил время возглавить российский театр, уверен, что свободны только сумасшедшие, и больше всего не любит чувства итоговости. Об этом мэтр советской режиссуры, народный артист Латвийской ССР рассказал «Известиям» в преддверии юбилея: мастеру исполнилось 80 лет.

— В этом году вы возглавляли жюри «Золотой маски». Встречались работы, которые вас удивили?

— Мне пришлось посмотреть около 70 спектаклей. Знаете, после этого так в кино захотелось! На меня произвел большое впечатление спектакль Кирилла Серебренникова «Маленькие трагедии». Когда ему дали награду за лучшую режиссуру, я подумал, что какая-то часть людей решит, будто в этом есть политические мотивы. Но на самом деле это не так. Просто он сделал хорошую работу. А вообще импонируют постановки, которые чужды моей стилистике. Смотришь и думаешь: я бы так не сделал, не догадался.

«Люди устали от театральных ребусов»
Режиссер и педагог Вениамин Фильштинский — об актуальном Станиславском, отражении неба в луже и детях на самокатах

— Вы получили профессиональное образование в Харьковском театральном институте, в вашем родном городе, но с тех пор там не ставили. Почему?

— В пору моей юности это был замечательный театральный город. Там был великий коллектив под руководством Леся Курбаса. В итоге театр закрыли, а режиссера, который, кстати, повлиял на Брехта, обвинили в национализме. Он переехал в Москву, стал работать с Соломоном Михоэлсом в ГОСЕТе над «Королем Лиром», потом был арестован и погиб. У него было много учеников, но все они тогда попрятались, опасаясь преследований. Позже режиссера реабилитировали. Я это к тому рассказываю, чтобы вы понимали, в каких условиях нам приходилось начинать.

На последнем курсе Харьковского института я организовал ночную театральную студию. Взял студентов, пригласил актеров из академических театров, и по ночам мы репетировали. Закрыли нас через год. Так что в Харькове я выпустил всего два спектакля. И те полуподпольно.

— Зато в 25 лет вы возглавии ТЮЗ Латвийской ССР. Сами-то не удивились?

— Да, это был нонсенс, меня как обезьяну показывали. Причем я стал худруком фактически двух театров: была русская и латышская труппы, два здания.

— Оглядываясь назад, видите какие-то свои ошибки?

— Конечно! Просчетов было больше, чем чего-либо другого. Что такое опыт? Подытоживание ошибок. Вопрос не в том, чтобы их не делать, а в том, чтобы понимать, делать выводы и идти дальше.

— Сейчас худруками становятся в среднем в 40–50 лет. И, как правило, режиссеры занимают этот пост до конца своих дней. Как вы оцениваете такую тенденцию?

— Тут несколько аспектов. Первый касается молодых режиссеров. Не думаю, что сейчас они находятся в плохом положении и массово ходят без работы. Я раза четыре был председателем комиссии на госэкзамене в ГИТИСе. Видел очень много талантливых ребят, и, кажется, почти все они нашли себя в профессии. Многие молодые режиссеры едут в провинциальные театры. Раньше они боялись этого, а сейчас рискуют и успешно там работают.

«Мы все жертвы техноцивилизации»
Режиссер Теодорус Терзопулос — о переходе в виртуальность, античном багаже и голосе осла

Что касается художественного руководства, тут очень многое зависит от конкретных людей. Думаю, я бы никогда не стал руководителем театра, если бы не директор Станислав Янович Гуцук. Невиданный был человек! Он все это пробил, и когда было собрание коллектива, сказал: «Теперь в театре главный не я, а он». Мало людей, которые решатся на такое заявление.

А насчет пожизненных постов… В целом это плохо, система должна способствовать ротации. Но могут быть исключения. Я когда-то преподавал во Франции в Высшей школе театрального искусства, которую возглавлял замечательный ректор. Но ему исполнилось 65 лет и по закону он вынужден был уйти на пенсию. Считаю, что это неправильно. Человек был в расцвете сил и ума. Если бы моего учителя Марию Осиповну Кнебель лишили в 65 лет возможности преподавать в ГИТИСе, то наш театр не получил бы очень многих талантливых режиссеров, которых она воспитала после этого возраста.

— А у вас не было желания вновь возглавить театр?

— У меня было достаточно много интересных предложений возглавить крупнейшие театры России. Но сначала, пока не остыл от своего театра, я не хотел. Потом понимал, что у меня нет новой идеи. Когда она появилась, не хотел идти в сложившийся организм. Это было бы связано с изменением труппы, увольнением людей и т.д.

Если бы мне предложили пустую площадку и возможность набрать артистов, может, в тот период жизни я бы и согласился. Лет шесть назад мне вновь предложили возглавить крупный театр в Москве, но… время ушло. Я понял, что у меня нет календарного времени, чтобы строить. Счищать ракушки с корабля, определять его путь… Я отказался и уступил дорогу молодым.

— Худрук МХТ имени Чехова Сергей Женовач заметил, что литература и драматургия не меняются. Меняемся мы и наше отношение. Вы четыре раза ставили «Вишневый сад» и, наверное, через призму Чехова замечали, как меняетесь сами?

— Причем ставил на английском, эстонском, испанском и русском. Я убежден, что человек не меняется, по крайней мере его характер. Да, может поменяться что-то внутри. Пьеса состоит из текста и его восприятия, которое как раз может измениться. «Вишневый сад» — одно из тех произведений, которым легко проверять себя на определенном отрезке жизни. Первые мои три спектакля были так или иначе вариацией первой постановки, а вот мхатовский — принципиально другой. Первые постановки были более жесткими, потому что я был молод, а молодость — жестока.

«Вы попробуйте Татьяну Доронину ущемить»
Актер и режиссер Сергей Пускепалис — о конфликте во МХАТе имени Горького, антироссийской кинопропаганде и ударе раскаленным прутом

— В каком смысле?

— Она жестока по отношению к другим людям. Иногда даже бессознательно. Молодые люди более радикальны — и это правильно. В них меньше всепрощения и понимания относительности такой позиции. Почитайте «Отцы и дети» Тургенева. Разве герой понимает, сколько выстрадал отец, пока его ждал? Нет, он приехал с другом и с отцом почти не бывает. Ходит, помогает Аркадию лягушек препарировать.

Молодость жестока, потому что она устремлена в будущее, а старость — в прошлое. Отсюда и разный взгляд на целый ряд жизненных ценностей. Отсюда и моя суровость в первых спектаклях по отношению к Раневской, Гаеву и другим героям «Вишневого сада». В последнем спектакле я стал их больше понимать, сочувствовать. Хотел сказать слово «сострадать», но какое-то уж больно красивое оно…

— Вам комфортнее работать с ощущением полной свободы или в определенных рамках, мотивирующих на поиски альтернативных путей?

— Полной свободы не бывает. Я как-то сильно болел и на несколько дней выпал из жизни, а когда пришел в себя, то понял, как мы зависимы. И чем более ты зависим, тем богаче твоя жизнь. Ты зависим от всего: близких, профессии, окружения, страны, природы и даже состояния своего желудка. Свободны только сумасшедшие. Не случайно в украинском языке таких людей называют «божевiльний», что означает — освобожденный.

Если вы говорите о цензуре, то для моего поколения была привычна та, советская, поскольку мы выработали к ней иммунитет. Боролись с ней, насколько это было возможно. Мне не нравится вещать с позиции опыта, но заметьте, когда революция стала пожирать своих детей, кто первый попал в ее жернова? Те, кто с ней сотрудничал, в том числе в искусстве, литературе.

«В театре необходим добровольный тоталитаризм»
Режиссер Константин Богомолов — о задачах худрука, работе с корифеями и своем прозвище

Бабель, Мейерхольд, Кольцов — первыми пошли в расход те, кто стал играть с чертом. А скажем, Ахматова, Пастернак как-то сохранились. Почему я это говорю? Сейчас очень много людей, которые говорят, что в то время не было выбора. Думаю, они просто хотят оправдать себя, собственный конформизм.

Думаю, главное, чего я достиг в жизни, это то, что, не меняя, мягко говоря, странного для СССР имени, не меняя национальности и фамилии, не будучи членом партии, я всю жизнь занимался любимым делом. Как умел, как мог.

— Каким было ваше самое большое заблуждение в профессии?

— (Задумывается.) А вы знаете, я вам скажу. Мне было 20 лет, и я думал, ну, ладно, я сейчас ставлю спектакли и готовлюсь к чему-то большему. Настоящим режиссером буду, когда исполнится лет 30. В 30 я думал, что мне еще чего-то не хватает, всё это репетиция жизни и по-настоящему я раскроюсь в 40. И только в зрелом возрасте я вдруг понял, что я и есть тот режиссер и человек, который есть, и это было большим удивлением. Больше всего я не люблю чувство итоговости. Я его всегда от себя гнал во всех смыслах.

— Знаю, что вы не любите отмечать юбилеи.

— Да, всегда сбегал. Не чувствую в этом своей заслуги. Когда были живы родители, уезжал к ним. Это праздник моих родителей. Но я благодарю небеса за жизнь.

СПРАВКА «ИЗВЕСТИЙ»

Адольф Шапиро окончил режиссерский факультет Харьковского театрального института, затем Московскую режиссерскую лабораторию Марии Кнебель. С 1962 по 1992 год возглавлял ТЮЗ Латвийской ССР. Работал как независимый режиссер и педагог: ставил и преподавал в России, Германии, Польше, Израиле, Франции, Италии, Бразилии и других странах. Народный артист Латвийской ССР, заслуженный деятель искусств РФ, президент российского центра Международной ассоциации театров для детей и молодежи.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс